dipkor (dipkor) wrote,
dipkor
dipkor

Category:

Закон что дышло, куда повернул, туда и вышло... (часть 2)

Продолжение темы, начатой в http://dipkor.livejournal.com/13903.html
(комментарии автора поста выделены курсивом красного цвета, а синим цветом по тексту отмечены технические опечатки):

Учитывая следующие обстоятельства, что [К.О.Е.] с 05 января 2004 г. был назначен советником Посольства России в […], никаких мер дисциплинарного воздействия к [К.О.Е.] за время его работы в Отделе и Посольстве не применялось, конфликтная ситуация возникла, как показал свидетель, не из личной неприязни, а по рабочим моментам, и для [К.О.Е.] не повлекла неблагоприятных последствий. [Фраза крайне запутана и имеет незавершенный вид. Непонятно, из-за чего должны были применить к истцу «меры дисциплинарного воздействия»? За то, что он обнаружил грубую фальсификацию в отчете Посольства? (Годовой отчет содержал раздел, слово в слово, запятая в запятую переписанный из старого прошлогоднего отчета. Судья полагает, что тех, кто ловит халтурщиков за руку, необходимо наказывать?)]. [К.С.П.] не возглавлял комиссию для проведения экспертных исследований по оценке степени секретности сведений, содержащихся на фотоснимках, сделанных советником Посольства России в […] [К.О.Е.], входил в состав комиссии по распоряжению Первого заместителя Министра № […/..] от 19 июня 2007 г. как рядовой член комиссии. [Разве это исключает возможности вмешательства со стороны К.С.П.? К тому же, суд так и не смог ответить на прямой вопрос, а кто же на самом деле возглавлял указанную комиссию, если не первое обозначенное в списке лицо? Или работа комиссии, состоящей из представителей различных подразделений МИД, никем не управляемая, была пущена на самотек?]. Свидетель [П.Н.Н.] пояснил, что [К.С.П.] вследствие своей квалификации мог оценить степень секретности документов. Таким образом, выводы в заключении комиссии сделаны коллегиально [еще один перл: не очевидна связь между компетенцией одного из членов и коллегиальностью заключения в целом], подписаны всеми членами комиссии, и сомневаться в их беспристрастности у суда оснований не имеется. [А как же быть с показанием свидетеля П.Н.Н. и рекомендацией комиссии руководству Министерства по дальнейшему использованию истца на работе в системе МИД?]. Письменное заключение, подготовленное компетентными лицами, было утверждено Первым заместителем Министра иностранных дел Российской Федерации Денисовым А.И. Все вышеприведенные акты приняты полномочными должностными лицами, в пределах предоставленной им законом компетенции и являются обоснованными. [И то, что Междепартаментская комиссия не ограничилась решением чисто технического вопроса и вышла за рамки своих полномочий, рекомендовав по сути уволить истца из системы МИД России?]. Требования об обязательном ознакомлении работника с письменным заключением и решением руководителя о прекращении допуска к государственной тайне действующее законодательство не предусматривает. [Зато законодательство обязывает работодателя информировать работника со всеми изменениями в характере его работы. Это относится и к рекомендациям комиссии относительно дальнейшего использования истца в системе МИД России. Иначе, как он узнает о том, что лишен допуска к гостайне?]. Вследствие чего суд приходит к выводу о том, что доводы истца о необъективности заключения о степени секретности сведений, содержащихся на фотоснимках текстовых документов № […/..] от 13 июля 2007 г., в результате участия в ней [К.С.П.], являются необоснованными, а по иным основаниям, что степень секретности документов, составляющих государственную тайну, не соответствует их содержанию, заключение комиссии истцом не оспаривается. [Суду «говорят про Фому, а он твердит про Ерему» (с). Разве разбирающееся в вопросах секретности лицо не может свести с кем бы то ни было свои личные счеты? Это, во-первых. Во-вторых, истец не оспаривал не только "степень секретности", но и саму секретность]. И, как уже сказано выше, прекращение допуска к государственной тайне [К.О.Е.] не является дисциплинарным взысканием, к приказу № […] от 05 сентября 2007 г. не применим порядок, установленный ст.193 Трудового кодекса РФ. [Гениальный ход! Привокзальные наперсточники отдыхают. Кстати, а к приказу № […] от 07 сентября 2007 г. порядок, установленный ст.193Трудового кодекса РФ, тоже не применим?].

При таких обстоятельствах у ответчика имелись основания для прекращения допуска истца к государственной тайне. [Так почему же, имея столь "веские" основания, не уволить истца в полном соответствии требованиям действующего законодательства? Зачем его передергивать? (Речь снова идет об увольнении «задним» числом и наложении двух взысканий)]. Оснований для признания приказа МИД России № […] от 05 сентября 2007 г. и заключения о степени секретности сведений, содержащихся на фотоснимках текстовых документов № […/..] от 13 июля 2007 г. недействительными, не имеется. [Так ли? А как же быть с искаженными судом фактами относительно конфликтной ситуации вокруг годового отчета? Почему суд не может назвать лицо, которое возглавляло комиссию? Почему комиссия вышла за рамки своих полномочий?].

В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 37 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы в случае прекращения допуска гражданского служащего к сведениям, составляющим государственную тайну, если исполнение должностных обязанностей требует допуска к таким сведениям. Исполнение обязанностей по должностям, занимаемым истцом, требует допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, что подтверждается номенклатурой должностей, подлежащих оформлению на допуск к государственной тайне по МИД России (том 2, л.д.44). [Вот тут следует отметить, что ни тома 2 с л.д.44, ни документа, на который ссылается судья Магжанова, в природе не существует. Об этом однозначно говорится в письме федерального судьи С.Э.Курциньш от 17 мая 2011 г. на жалобу истца – см. http://dipkor.livejournal.com/13651.html]. Следовательно, в случае прекращения такого допуска может быть произведено увольнение служащего. В силу части 2 ст.23 Закона Российской Федерации «О государственной тайне» прекращение допуска должностного лица или гражданина к государственной тайне является дополнительным основанием для расторжения с ним трудового договора (контракта), если такие условия предусмотрены в трудовом договоре (контракте). ["Опять двадцать пять" (поговорка): не был судом исследован трудовой договор, т.к. ответчик его не предоставил. Поэтому ссылаться на несуществующий документ - по крайней мере, некорректно].

Возможность расторжения служебного контракта в связи с прекращением допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, была предусмотрена контрактом о прохождении службы, заключенным с истцом. [Каким "контрактом"? Номер, дата? Голословное и ни на чем не основанное утверждение суда. Договор не был и не мог быть исследован судом, т.к. ответчик не предоставил не только оригинал, но и копию этого документа].

Поскольку [К.О.Е.] обоснованно был прекращен допуск к сведениям, составляющим государственную тайну, и это обстоятельство было прямо указано в служебном контракте  [каком?] в качестве дополнительного основания для его расторжения [с чего судья взяла, что это «прямо указано в служебном контракте», если она в глаза не видела данный документ? Под «честное поинерское» ответчика?], ответчик вправе был произвести увольнение по правилам, предусмотренным пунктом 8 части 1 статьи 37 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе в Российской Федерации». [Обратите внимание на слова "по правилам" и ссылку на закон о госслужбе. А этот закон запрещает применять два взыскания за один проступок, не разрешает увольнять работника «задним» числом, причем, девятимесячной давности. Почему-то суд на столь грубое нарушение указанного им Закона даже не обратил внимания].

При этом на ответчика указанным законом не возложена обязанность по трудоустройству истца и переводу на иную вакантную должность гражданской службы. [Поразительная категоричность. И никакого намека на обоснование. Но ведь зачем-то суд затребовал у ответчика номенклатуру должностей, не требующих оформления допуска к сведениям, составляющим государственную тайну. Ответчик такой документ так и не предоставил, зато удовлетворил судью номенклатурой, которая требует допуска. А ведь даже в посольствах работают вольнонаемные из числа граждан страны пребывания, т.е. той категории иностранных работников, которым по определению не может быть оформлен допуск к сведениям, составляющим государственную тайну Российской Федерации].

Представителями ответчика заявлено о применении срока исковой давности, предусмотренного ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, по требованиям истца о восстановлении на работе, признании недействительным приказа № […] от 07 сентября 2007 г.

В судебном заседании истец против применения срока исковой давности возражал, просил его восстановить, ссылаясь на то, что копия приказа об увольнении № […] от 07 сентября 2007 г. была вручена ему только 09.11.2010 г., считает, что именно с этой даты следует исчислять срок исковой давности по заявленным им требованиям.

Согласно ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительной причине сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В своем исковом заявлении [К.О.Е.] указал, что трудовая книжка получена им 01.07.2010 г., а копия приказа об увольнении получена 13.10.2010 г. (л.д.120-123). [Обратите внимание на указанную судом дату получения приказа истцом. А вот, что на самом деле написано в исковом заявлении от 30.11.2010 г (на который ссылается суд): «Копия приказа МИД России от 07.09.2007 г. № […], представленная истцу 13.10.2010 г. является ксерокопией, надлежащим образом Ответчиком не заверенной». Чуть выше в этом же документе говорится: «Ответчик ознакомил Истца с оригиналом приказа об увольнении только в судебном заседании 09.11.2011 г.». Изложенное истцом подтверждается протоколом судебного заседания в Пресненском суде от 13.10.2010 г., в котором записано, что представитель ответчика просит «приобщить к материалам дела … выписку из приказа от 07.09.2007 г.». Ни много, ни мало – ВЫПИСКУ, которая чудным образом с подачи Мосгорсуда превратилась в копию надлежащим образом оформленного приказа].

Тогда как судом установлено, что [К.О.Е.] 30.11.2010 г. обратился в суд с требованием о признании незаконными приказов о прекращении допуска к государственной тайне и об увольнении, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда (л.д.120-123, 132).

Довод, которым истец обосновывает уважительность причины пропуска месячного срока исковой давности для обращения с настоящим требованием, суд находит неуважительным [это о каком же "доводе" идет речь? Истец никаких доводов о пропущенном сроке не излагал, напротив, говорил лишь о том, что период с 09.11.2010 г. по 30.11.2010 г. укладывается в месячный срок], и пропущенный срок не подлежит восстановлению. [Судья ниже называет дату, с которой она исчисляет месячный срок].

[Передернув с датами и недосказав о начале принятого судом срока, далее суд вспоминает о своих правах и пишет:]

В соответствии с ч.2 ст.199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. [Поразительным является и то, что сам ответчик полагает правильным исчисление срока исковой давности с даты встречи истца с представителем Департамента кадров МИД России – 10.09.2007 г. (ходатайство ответчика № 1163/ДК(ЮрС) от 05.03.2011 г.). Спрашивается, на каком основании судья оказала столь значимую услугу ответчику?].

[Далее рассуждения суда выстраиваются по следующему принципу:]

[К.О.Е.] обратился в суд с иском о восстановлении на работе, признании приказа об увольнении недействительным по истечении месячного срока со дня получения трудовой книжки [т.е. с 1 июля 2010 г., наконец-то интрига разрешилась, но судья почему-то не решилась назвать конкретную дату, видимо, решила еще "половить блох"], следовательно, требования истца о восстановлении на работе, признании недействительным приказа № […] от 07 сентября 2007 г. удовлетворению не подлежат. [О том, что до передачи в Мосгорсуд дело рассматривалось в Пресненском суде с 15 июля 2010 г., в Мосгорсуде как бы забыли. В Пресненском суде истец с трудом добился (через четыре с половиной месяца!), чтобы его ознакомили с приказом об увольнении, только из которого он мог узнать о нарушенных своих правах и заявить об их восстановлении, что истец сразу же (на следующем заседании, т.е. через три недели) осуществил. Может быть, судья права, и российское судопроизводство требует обращаться в суд до того, как заявитель узнает о своих нарушенных правах? В таком случае, будучи еще младенцем, необходимо подавать соответствующие заявления в суд!].

Поскольку требования [К.О.Е.] о восстановлении на работе, признании приказа об увольнении недействительным не могут быть удовлетворены, отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, вытекающих из основного требования.

В силу ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Суд не нашел оснований для удовлетворения иска [К.О.Е.], в связи с чем его заявление о присуждении расходов на оплату услуг представителя также не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.193-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

В иске [К.О.Е.] к Министерству иностранных дел Российской Федерации о восстановлении на работе, признании приказов об увольнении и о прекращении допуска к государственной тайне недействительными, признании недействительным заключения о степени секретности сведений, содержащихся на фотоснимках тестовых [ох, уж эта очепятка, задолбала, даже в постановляющую часть попала!] взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, возмещении расходов на оплату услуг представителя отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Российской Федерации в течение 10 дней со дня принятия решения судом в окончательной форме через Московский городской суд.

Председательствующий          подпись              Магжанова Э.А."



Официальный ответ истца на данное решение МГС см. Как зарабатывают лишаи поверх геморроя.

Тем временем на сайте Мосгорсуда до сих пор висит ложная информация о том, что решение суда от 22.04.2011 г. вступило в законную силу ... с 3 мая с.г.

UpD (06.02.2012): см. надзорную жалобу.
Tags: help, Денисов, МИД, Магжанова, Мосгорсуд, восстановление, гостайна, детские игры, дипломат, законодательство, исковый срок, их нравы, кассация, конфликт, ловушка, мидачество, опала, права человека, решение, суд, увольнение, юридическая практика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments